Информация, Серен Кьеркегор / Подлинное христианство искажается

Подлинное христианство искажается



Кьеркегор считал, что он разоблачил то, как подлинное христианство искажается датской церковью. Несмотря на свое все уменьшающееся состояние, он основал журнал, названный "Момент". На его страницах он критиковал церковь, называя ее "машиной", обличал одного из наиболее популярных епископов как лицемера, живущего мирскими интересами. (Помимо всего прочего, этот епископ был гегельянцем.) В одном из выпусков он даже заявил, что, если бы вдруг доподлинно стало известно, что Христа никогда не было, церковь продолжала бы существовать как и прежде, и лишь немногие пасторы смогли бы отказаться от своей комфортной жизни.

Как и можно было ожидать, это заявление вызвало шумный скандал. Теперь уже Кьеркегор мог не бояться потерять свою свободу: его пастырство было исключено. Так вновь повторился случай с "Корсаром". Кьеркегор завоевал славу и широкую известность. Его статьи вскоре были переведены на шведский язык, и полемика вокруг них разгорелась по всей Скандинавии. Мир отдавал ему должное, и сознательно или бессознательно он чувствовал это. Но вновь это была та единственная популярность, которую он чувствовал в себе силы принять: дурная слава и оскорбления. В то же время здесь нетрудно усмотреть отдаленное эхо того, как проклинал Господа Кьеркегор-старший на своем ютландском холме. И конечно, это вновь привлекло к нему внимание Регины.

Муж Регины незадолго до этого был назначен губернатором датских колоний в Америке (трех маленьких островов в Карибском море). Кьеркегор почти наверняка знал об этом; остается только гадать, насколько это повлияло на его решение основать "Момент". В апреле 1855 года, в день своего отплытия в Америку, Регина сумела встретиться с Кьеркегором на улице. Она помолчала и тихо сказала ему: "Да благословит тебя Бог. Может быть, все сложится для тебя хорошо". Кьеркегор приподнял шляпу, "вежливо поприветствовав друг друга", они разошлись. Это был первый раз, когда они говорили друг с другом после того, как 14 лет назад расстроилась их помолвка. И это был последний раз, когда они виделись.

Информация, Серен Кьеркегор / Сознательное отчаяние

Сознательное отчаяние



Сознательное отчаяние отдает себе отчет в своем существовании. Оно бывает двух видов. Ложное понятие сознательного отчаяния имеет место тогда, когда человек знает о том, что он испытывает отчаяние, но думает, что другим это чувство незнакомо. ("Никто не знает, что я чувствую".) Это приводит его к еще большему отчаянию. Истинное понятие сознательного отчаяния связано с осознанием того, что отчаяние является частью бытия человека, и тем самым частью каждого "я". Поэтому это подлинное отчаяние знает о том, что принадлежит личности. Единственный выход из состояния отчаяния для человека находится в том, чтобы "выбрать свое собственное я" и совершить прыжок веры. Здесь Кьеркегор приоткрывает свои скрытые намерения: единственно возможное "истинное я" – это верующий человек.

К 40 годам Кьеркегор продолжал неистово писать. Он выглядел старше своих лет, его состояние таяло на глазах. Ему нужно было искать работу, но из всех профессий он знал только одну: пастора. Хотя кажется, что в какой-то момент Кьеркегор смирился с этим положением дел, что-то в нем сопротивлялось такой перспективе. Он принципиально не признавал того, что можно зарабатывать деньги на религии, а его представления о христианстве не соответствовали позиции официальной датской церкви. (Церковь, которая позволяла пасторам жениться, вряд ли могла проповедовать вселенское безбрачие.)

Информация, Серен Кьеркегор / Бессознательное отчаяние

Бессознательное отчаяние



В книге "Болезнь к смерти" Кьеркегор анализирует отчаяние. Оно предстает для него невозможностью дальше "желать быть тем, чем ты на самом деле являешься". Такое утверждение довольно опасно. В самом деле, эти слова Кьеркегора противоречат его раннему заявлению о том, что человек существует не как бытие, а как становление. Оно предполагает наличие "того, что ты есть на самом деле". Кьеркегор далее еще усложняет эту проблему, говоря о "том, чем ты являешься потенциально". Но существует ли это "истинное я" или хотя бы одно "потенциальное я" для каждого человека? Это ключевой вопрос. Между использованием потенциальных возможностей человека (которые могут оказаться противоположными или даже взаимоисключающими) и стремлением к какому-то гипотетическому "истинному я" есть категориальная разница. Большинство людей сталкиваются, особенно в начале жизненного пути, с многообразием возможных вариантов выбора, каждый из которых может включать то, что человек остается "честен с самим собой", то есть реализует некоторые из своих возможностей. Невозможно реализовать сразу все возможности. К примеру, Альберт Швейцер был профессиональным музыкантом, но предпочел посвятить свою жизнь помощи другим людям. Какое из этих занятий было его "истинным я"? Если то, чем должно быть "истинное я", установлено заранее, то речь идет о наличии некой скрытой программы.

Но что, если оно не строго фиксировано? Можно ли в этом случае говорить об "открытии" "истинного я"? Нет: открытие предполагает, что это что-то еще прежде находилось на своем месте, но оставалось неизвестным. Лучшим аргументом против "самооткрытия" является аргумент, уже ранее использовавшийся Кьеркегором. Он говорил о том, что выбор создает собственное "я". Это подлинная и исключающая страх свобода, на которой постоянно настаивает Кьеркегор.

Но вернемся к отчаянию. По Кьеркегору, бессознательное отчаяние возникает тогда, когда человек отождествляет себя с чем-то внешним по отношению к нему. Отождествление это может быть вполне тривиальным (например, если он хочет стать вторым Эйнштейном), или же в высшей степени амбициозным (если он хочет жениться на Мадонне). В любом случае оно оставляет человека на милость судьбы: и вот кто-то другой становится Эйнштейном, а предложение руки и сердца с презрением отвергнуто. Так как человек не достигает своих амбиций, он не может стать самим собой. Результатом становится внутреннее опустошение и неосознанное желание умереть.

Информация, Серен Кьеркегор / Кьеркегор пережил религиозное откровение

Кьеркегор пережил религиозное откровение



В апреле 1848 года Кьеркегор пережил религиозное откровение. "Вся моя природа изменилась", – записал он в своем дневнике. Он осознал, что только любовь к Богу может защитить его от непомерного внимания к своей собственной персоне. С этого момента он будет проповедовать слово Божие прямо, не скрываясь за псевдонимами. Это решение он начал исполнять в следующей серии книг, полдюжины которых вышло в последующие три года.

Совершенно ясно, что взгляд Кьеркегора на религию был пригодным только для святых и мизантропов. По его мнению, "все существование человека противостоит Богу". В самой сердцевине кьеркегоровского понимания религии, так же, как и его психологии, находится понятие грехопадения – отпадения человека от божественной благодати и изгнания из Рая. Грехопадение было проявлением эгоизма, которое воплотилось главным образом в поле человека. Обычно считается, что вина за грехопадение лежит на женщине. "Женщина – это воплощенный эгоизм... Вся история мужчины и женщины – это огромная и тонко продуманная интрига, уловка, созданная, чтобы разрушить мужчину как духовное существо". Единственным спасением является безбрачие во вселенском масштабе. Воля Господа будет исполнена только тогда, когда вымрет весь род человеческий.

Потрясающе, но среди этого нелепого бреда Кьеркегора встречаются действительно стоящие мысли. Он снова обращается к своему злому гению, Гегелю. Разрушительная критика была направлена на то, чтобы показать ложность гегельянства и его жалкое несоответствие своим претензиям на объяснение смысла бытия. Кьеркегор настаивал на том, что существование невозможно понять разумом, просто создав вокруг него обширную систему. Как только существование отождествляется с рассудком, для веры не остается места.

Информация, Серен Кьеркегор / Чувствительный Кьеркегор

Чувствительный Кьеркегор



Кьеркегор был очень чувствительным, и трудно даже представить себе, как сильно он страдал от постоянных унижений. Однако их причиной был он сам. Он полностью отдавал себе отчет в своих действиях. ("Некоторые нанимают "Корсар" для того, чтобы слушать брань, так же, как другие нанимают шарманщика для того, чтобы слушать музыку".) Итак, почему же он сделал это? Ответ на этот вопрос так же сложен, как и характер самого Кьеркегора. Нет никаких сомнений в том, что это было то же проявление комплекса мученика, которое еще в школе заставляло его задирать старших мальчиков. Также нет сомнений в том, что Кьеркегора мучило невнимание общества к его творчеству. Ему было 33 года, а он все еще был известен только как писатель. И вот, не имея возможности стать известным, он решил стать печально знаменитым.

За этим эгоистическим двоемыслием стояла более искренняя и серьезная цель, хотя и не до конца очищенная от эгоизма и двоемыслия. Кьеркегор хотел сносить оскорбления, чтобы стать лучше. Он использовал тех, кто насмехался над ним, чтобы стать лучшим христианином. Он хотел жить духовной жизнью, единственной жизнью, к которой стоит стремиться, и таким способом помогал себе достигнуть ее. Если его прежние желания были по крайней мере частично бессознательными, то это, конечно же, таковым не было. И, несомненно, существовала причина, которая лежала в основе и тех, и других. Как сказал Паскаль, единственный равный Кьеркегору религиозный мыслитель, "сердце имеет свои причины, о которых не знает разум". Причину, жившую в сердце Кьеркегора, звали Регина. Он хотел привлечь к себе ее внимание, рассказать ей о том, как он страдает.

Если его целью было вновь завоевать Регину, то он потерпел неудачу. Примерно в это время Регина обручилась с другим человеком, за которого спустя год вышла замуж. Это событие глубоко ранило Кьеркегора, хотя он и не показывал этого. Его лицо быстро покрывалось морщинами. Годы страданий, аскетизма, изоляции и постоянного духовного напряжения начинали брать свое. Несмотря на глубокое проникновение в сущность человеческой жизни, он все еще цеплялся за свою неисполнимую иллюзию и мечтал о том, что придет день, когда он вновь соединится с Региной. По воскресеньям они все так же встречались в церкви.

Информация, Серен Кьеркегор / Кьеркегор написал

Кьеркегор написал



Кьеркегор написал более полумиллиона слов, и неудивительно, что сейчас ему трудно было сказать что-то новое. Поэтому, продолжая философствовать, он решил от слов перейти к действию – и создать себя посредством решающего выбора. Выбор этот оказался неудачным, что, впрочем, весьма характерно для Кьеркегора. Несколько из его работ, вышедших под псевдонимами, получили сдержанно благоприятные рецензии в журнале "Корсар". Это был сатирический и скандальный копенгагенский журнал, печально известный своими бранными статьями в адрес местных знаменитостей. Теперь Кьеркегор задумал спровоцировать "Корсар" к нападкам на него, опубликовав язвительное письмо с оскорблениями в адрес журнала ("всякий будет оскорблен благоприятным отзывом в такого рода журнале"). В письме Кьеркегор также разоблачил настоящие имена анонимных издателей журнала. В результате этого один из них вынужден был покинуть должность профессора.

Результат был предсказуем. В течение нескольких месяцев каждый выпуск "Корсара" содержал нападки на самого Кьеркегора и книги, изданные им под псевдонимами. Его внешность изображалась в карикатурном виде, его одежда высмеивалась, над его идеями глумились. Раньше Кьеркегора считали чудаком, талантливым писателем и интеллектуалом, который "уверовал в Бога" и стал затворником из-за несчастной любви. На улице его узнавали как чудака, во всем остальном он привлекал мало внимания. Сейчас все изменилось. В результате целой серии статей и очерков в "Корсаре" этот сутулый, худой как палка юный старик со своим огромным зонтиком и крабообразной походкой, штанины брюк которого всегда были разной длины, стал объектом всеобщих насмешек. На улицах мальчишки и маленькие дети бегали за ним, освистывая. Владельцы магазинов и другие уважаемые члены общества открыто смеялись, когда он проходил мимо.

Информация, Серен Кьеркегор / Кьеркегор о "понятии страха".

Кьеркегор о "понятии страха".



Кьеркегор написал целую книгу о "понятии страха". (Сам он предпочитал в этом случае использовать немецкий термин angst, который переводится как страх, тревога, беспокойство, тоска.)"Понятие страха" – это одна из самых глубоких дофрейдовских работ по психологии. В ней Кьеркегор различает два вида ужаса. Первый мы испытываем, когда нам угрожает что-то внешнее (например, рычащий лев). Второй вид ужаса происходит из внутреннего опыта: когда мы вступаем в конфликт с безграничными возможностями нашей собственной свободы. Задумываясь об этой свободе, мы осознаем ее беспредельность и иррациональность. Как подчеркивает Кьеркегор, невозможно доказать, что мы обладаем свободой, потому что любое доказательство основано на логической необходимости, которая противоположна свободе.

Свобода не имеет ничего общего с философией. Это чисто психологическое понятие, которое зависит от нашего состояния и отношения. Первое заставляет нас понять нашу свободу. Мы постигаем ее до конца, когда находимся в состоянии, называемом ужасом. В этом смысле человек существует не как "бытие", а как постоянное "становление". Ужас, который оно вызывает, лежит в самом сердце всякой нормальности. Его осознание погружает нас в безумие. По Кьеркегору, единственный выход находится в не менее иррациональном "прыжке веры". Совершая этот прыжок, индивид "спасается" от безумия с помощью своей субъективной духовности, связанной с Богом. Другие предпочитают избегать этой ситуации, "веря" в иллюзию ежедневной реальности, в которой эта сводящая с ума свобода искусно маскируется в соответствии с требованиями нормальности.

Но достаточно ли этого осознания присущей нам свободы для того, чтобы пробудить в нас такое страшное чувство ужаса? Или только гениям, таким, как Кьеркегор и Кафка, по силам находиться в состоянии постоянного ужаса, осознавая возможности их собственного существования? Может быть, это и так, но мы, заурядные люди, здоровое большинство, также можем испытывать этот ужас. Идя вдоль обрыва, мы чувствуем страх перед падением и головокружение. Но отчасти это чувство происходит от какого-то странного порыва, который влечет нас к краю и в то же время отталкивает от него. По Кьеркегору, оно происходит от сознания того, что мы свободны броситься вниз – от страха перед этой свободой, управлять которой не в нашей власти. Тогда мы испытываем ужас: безумие и страх, которые лежат в бессознательном основании нашей нормальности.

В 1844 году Кьеркегор завершил "Понятие страха". В том же году вышла еще одна небольшая книга под названием "Философские крохи". К ней прилагался обширный, в 600 страниц, постскриптум, озаглавленный "Заключительное ненаучное послесловие к "Философским крохам": подражательное, жалкое и диалектическое сочинение, экзистенциальная контрибуция" (написанное Иоанном Климакусом, но "изданное С. Кьеркегором"). Именно здесь впервые прозвучало слово "экзистенциальный" – в своем датском варианте existensforhold, что переводится как "условие существования, сущностное отношение".