Философы » Информация » Переломный момент в жизни

Информация, Георг Вильгельм Фридрих Гегель / Переломный момент в жизни

Переломный момент в жизни



Но нити старых привязанностей рвались болезненно. Когда о свадьбе узнала сестра Гегеля Христина, у нее случился нервный припадок (или, выражаясь сухим языком женоненавистников той эпохи, "ипохондриакальная меланхолия с приступами истерии"). Христина все это время работала гувернанткой, мысль о браке ей претила. Один поклонник сделал ей предложение, но она ответила отказом. С тех пор она начала "проявлять беспокойство", с ней творилось "что-то странное". Гегель предложил ей перебраться к нему, но Христина, мучительно ревновавшая брата, ни за что не согласилась бы жить с его женой под одной крышей и решила поселиться у родственников. Свое пребывание у них она начала с того, что целый день прорыдала на диване. По словам хозяйки дома, она выражала "глубокое недовольство" своим братом и "глубокую ненависть" к его жене. Состояние ее стало настолько серьезным, что пришлось поместить ее в психиатрическую лечебницу, где она пробыла около года.

Гегель сохранял свою привычную невозмутимость, но душевная болезнь сестры не могла не беспокоить его. Его по-прежнему мучили приступы депрессии. В это время он пишет о "погружении в темные области, где ничто не оказывается достоверным, твердым и определенным, где всюду встречаются яркие вспышки света, которые, однако, на краю пропасти благодаря своему яркому сиянию становятся тем более мутными, обманчивыми из-за своего окружения и порождают ложные отношения, кажущиеся истинным светом". Вспоминая то время, когда он начинал создавать свою философию, Гегель говорит: "Такой переломный момент вообще бывает в жизни каждого человека – мрачный период подавленности, через теснины которого он пробивается к уверенности в себе, к укреплению и утверждению самого себя, к уверенности в повседневной жизни; и если человек уже дошел до того, что утратил способность вновь обрести уверенность в привычной повседневной жизни, то он приходит хотя бы к утверждению уверенности в благородном внутреннем существовании". Многие психиатры видели здесь "поиск защиты, безопасности, который переносится и в сферу абстрактного мышления". Вполне возможно, что гегелевская философия, возникшая под влиянием некоего внутреннего прозрения, была выражением глубокого душевного разлада. Такие предположения могли бы показаться нелепыми, если бы не тот факт, что диалектический метод Гегеля, который, по утверждению самого философа, отражает развитие духа, в своей основе шизоиден (хотя в нем же заложена и возможность излечения).