Философы » Облако тегов » Макиавелли

Информация, Никколо Макиавелли / Циничные приемы Макиавелли.

Циничные приемы Макиавелли.



И опять мы сталкиваемся у Макиавелли со скрытым допущением. На этот раз оно смущает еще больше. В Государе Макиавелли неявно содержится программа, раскрываемая во всем своем блеске в заключительной главе, которая называется "Овладение Италией и освобождение ее от варваров". (Под варварами подразумеваются иностранцы. В очередной раз Макиавелли скорее склоняется на сторону политического реализма, чем политической корректности.) В чем смущающая непоследовательность? В патриотической тираде Макиавелли призывает государя свергнуть иностранное иго и объединить Италию "во славу себе и ради процветания итальянского народа" (того самого народа, который ранее был назван "грязью"). Также Макиавелли восторженно говорит о древнем Риме ("вековая отвага итальянского сердца еще жива") и о Чезаре Борджиа ("которому было Богом предназначено возродить Италию"). И о государе: "Не могу выразить словами то, с какой любовью он будет встречен по всей стране..." Это тот самый государь, которого инструктировали, как хитростью заставить людей любить себя. Не зря вступительную статью к работе Макиавелли писал однажды Муссолини.
Однако, хотя циничные приемы Макиавелли трудно оправдать, патриотизм его понятен. Италия не была единой со времени развала Римской Империи, произошедшего более тысячелетия назад. (И не будет объединена до прихода Гарибальди – до этого еще три столетия.)

Информация, Никколо Макиавелли / Обладая львиной силой.

Обладая львиной силой.



Обладая львиной силой, правитель преодолеет все опасности, исходящие как из недр самого государства, так и извне. А чтобы выжить в коварном мире, государь должен обладать хитростью лисы. "Он должен оставить дело порицания другим, а благородные дела себе". Во благо своей репутации государь должен казаться добрым, человечным, даже милосердным. В то же время как власть предержащий он должен вселять страх. Пышность и великолепие занимаемого им положения, благодаря которым сохраняется дистанция между государем и его подданными, помогут государю сохранить видимость благородства и честности. Приближенные к государю люди будут осознавать истинную сущность своего правителя, но в то же время будут понимать тщетность попытки разоблачения любимого народом государя.
Однако в другом месте Макиавелли отмечает: "Тот, кто надеется в своих делах на людей, воздвигает дворец на фундаменте из грязи". Здесь можно узреть некоторую непоследовательность. Но как мы уже успели понять, непоследовательность – это одна из спасительных добродетелей государя. Доблесть ли это для философа – другой вопрос. Макиавелли создавал учение, которое работало бы, систематичность же или этичность этого учения интересовали его в последнюю очередь.

Информация, Никколо Макиавелли / Макиавелли и его политическая философия.

Макиавелли и его политическая философия.



На первый взгляд кажется, что Макиавелли и его политическая философия полностью лишены каких-либо моральных принципов. Но вот слова "современного Макиавелли" (Г. Киссинджера): "На протяжении веков Макиавелли считали воплощением цинизма. Однако сам он не считал себя лишенным моральных принципов. Он описывал мир таким, каким он его видел, а не таким, каким ему хотелось бы его видеть. В самом деле, он был убежден, что только сильный духом правитель может твердо соблюдать намеченный курс в условиях постоянных заговоров, от которых, к сожалению, зависит его жизнь". Конечно, здесь налицо момент самооправдания, но в целом Генри Киссинджер, несомненно, прав. Эта мысль в явном виде не сформулирована в трудах Макиавелли, она читается "между строк". К сожалению, мысли, не выраженные явно, многими остаются не воспринятыми.
Макиавелли прибегает к иносказанию, рассуждая о животных: "Из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса – волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков".

Информация, Никколо Макиавелли / Государь всегда должен быть настороже.

Государь всегда должен быть настороже.



Философы более раннего периода, от Платона до Святого Августина, тоже говорили о темной стороне человеческой натуры. Но их пессимизм был скрашен идеей о спасении (через идеализм или христианство). Однако став свидетелем поступков папы и церкви, Макиавелли расстался с такими иллюзиями.
Государь всегда должен быть настороже, потому что, как заметил Макиавелли, "безоружного пророка ждет погибель". Макиавелли имел это в виду буквально. Но в то же время он вложил в эту фразу и метафору (государь должен быть вооружен и в умственном плане), и в этой фразе содержится намек на Савонаролу и постигшую его участь. Отношение Макиавелли к Савонароле было двойственным. С одной стороны, циничный греховодник и иконоборец Макиавелли противился пуританскому и теократическому правлению Савонаролы; но с другой стороны, Макиавелли отмечал, что "о таком великом человеке, как Савонарола, нужно говорить с уважением". Савонарола был духовным человеком; ему не место в политике. Несмотря на нигилизм, свойственный его политической философии, Макиавелли оставался глубоко верующим человеком. Его философия находится в гармонии с высказыванием Христа: "Кесарю – Кесарево" (по-итальянски, Цезарю – Цезарево; управление государством – дело Цезарево).

Информация, Никколо Макиавелли / Взгляд на человеческую природу.

Взгляд на человеческую природу.



Фортуна благоволит смелым. Однако "сохраняют благополучие те, чей образ действий отвечает особенностям времени". Это означает, что правитель должен уметь в зависимости от обстоятельств менять политику. Твердое следование определенным принципам неизбежно приведет его к провалу. Государь не должен также зависеть от друзей. Государь "должен полагаться только на себя, свою силу и доблесть". Государь "всегда должен советоваться с другими, но только когда он того желает, а не когда того желают другие". Макиавелли делает следующий вывод: "Многие полагают, что кое-кто из государей, слывущих мудрыми, славой своей обязаны не себе сами, а добрым советам своих приближенных, но мнение это ошибочно. Ибо правило, не знающее исключений, гласит: государю, который сам не обладает мудростью, бесполезно давать благие советы, если только такой государь случайно не доверится мудрому советнику, который будет принимать за него решения. Но хотя подобное положение и возможно, ему скоро пришел бы конец, ибо советник сам сделался бы государем".
Макиавелли по-прежнему придерживается пессимистичного взгляда на человеческую природу. "О людях в целом можно сказать, что они неблагодарны и непостоянны, склонны к зависти, лицемерию и обману, что их пугает опасность и влечет нажива: пока ты делаешь добро, они твои всей душой, обещают ничего ради тебя не пощадить: ни крови, ни жизни, ни детей. Но как только ты перестаешь расточать милости и удовлетворять их желания, они превратятся в твоих врагов". Макиавелли дает этому психологическое объяснение: "Люди ненасытны в своих желаниях. Природа людей заставляет их желать все большего и большего, но судьба не дарует им всего того, чего они жаждут иметь".

Информация, Никколо Макиавелли / Смирение.

Смирение.



Макиавелли полагал, что судьба распоряжается лишь половиной всех наших дел, другую же половину она предоставляет самим людям. Здесь, как и всегда, Макиавелли пытается быть реалистом. Философы (как политики, так и теоретики) недооценивают значение фортуны. Чем больше мы изучаем историю, тем более очевидным для нас становится, что случай – это основной игрок на ее поле. (Как говорил Паскаль: "Если бы нос Клеопатры был короче, вся картина мира могла бы быть иной".) Стоит взглянуть на биографии Гитлера, Наполеона и Сталина, чтобы понять, как часто им улыбалась фортуна. Именно эту особенность далее подчеркивает Макиавелли. Возможность предоставляется фортуной. Государь должен увидеть и не упустить предоставляемую ему фортуной возможность. Подобным образом, он должен сделать все от себя зависящее, чтобы увидеть открывающиеся перед его врагами возможности и устранить их. Необходимо использовать предоставляемые фортуной возможности с полной силой.
Смирение – это последнее, что нужно государю. Это доблесть для философа, а для правителя – это порок. В самом деле, Макиавелли отмечает: "Пусть государи не боятся навлечь на себя обвинения в тех пороках, без которых трудно удержаться у власти, ибо, вдумавшись, мы найдем немало такого, что на первый взгляд кажется добродетелью, а в действительности пагубно для государя, и наоборот: выглядит как порок, а на деле доставляет государю благополучие и безопасность". Правление – это поле игры не для добра и зла, здесь идет борьба между доблестью и судьбой. В русле традиционного итальянского мышления (и самого итальянского языка) для Макиавелли доблесть изначально – мужчина, а фортуна – женщина. "Натиск лучше, чем осторожность, ибо фортуна – женщина, и кто хочет с ней сладить, должен колотить ее и пинать". В наше время такой подход может задеть чувства многих, но сложившиеся в результате чтения комиксов стереотипы не должны затмить собой важность того, о чем пишет Макиавелли. (Каждый пол имеет свои преимущества. А жестокая правда аппарата власти скрывается за личиной политкорректности.)

Информация, Никколо Макиавелли / Доблесть Макиавелли.

Доблесть Макиавелли.



Но трудность здесь в том, что обычно новому правителю для того, чтобы удержать свою власть, приходится почти полностью разрушать завоеванное им государство. Лучше дымящиеся руины и несколько выживших и запуганных жителей, чем потеря государства, полагает Макиавелли. Такой подход ярко иллюстрирует один важный момент: благополучие государства – не самое важное; главное, чтобы правителю удалось удержать власть. Это эгоистично до инфантильности. Как ни печально, отсутствие зрелости встречается в политике нередко. Многие правители продолжали решать свои детские проблемы во взрослой жизни. Гитлер, Сталин, Саддам Хусейн – образцы своеволия детей на детсадовской площадке.
Возможность ведения правителем тихой жизни, без загребания под себя всего, что удастся, не рассматривается. (Почему? Все просто: в итальянских городах-государствах эпохи Ренессанса это было просто невозможно. В очередной раз Макиавелли здесь проявляет себя человеком, реально оценивающим время, в которое жил.) Естественно, захват государства с помощью меча требует высокой степени доблести (в понимании Макиавелли), однако такие исчисления наталкивают на странные выводы. Государь с наиболее ярко выраженной доблестью правит пустыней из выжженных городов. (Самый добродетельный правитель, который приходит на ум: Чингисхан.)
Доблесть Макиавелли соотносится с двумя другими составляющими, которые необходимы государю для того, чтобы преуспеть. Это фортуна и возможность.