Философы » Облако тегов » Средневековья

Информация, Фома Аквинский / Чем интересен Фома Аквинский?

Чем интересен Фома Аквинский?



Что позволяет нам сделать еще одно сравнение. Конец XX века коренным образом отличается от эпохи Средневековья. Разум человека технологического общества имеет мало общего со средневековым. Некоторые философы и ученые даже сомневаются, являются ли два человека этих эпох соизмеримыми. Они говорят о том, что у этих людей нет общих человеческих свойств; для человека Средневековья понятие "человек" предполагало наличие "души", неизменных "условий человеческой жизни", а также "сознания", ускользающего от научных определений, веры в уникальность человеческого существа и т.д. В мире дарвиновской эволюции, ДНК, клонирования и подобных чудес, влияющих на наше самоопределение, для таких понятий нет места.
В таком случае, чем нам может быть интересен Фома Аквинский? Простых людей, живущих "по старинке", вряд ли стоит убеждать в том, что Гамлет, Фауст и даже Данте не устарели. Тем же, кто считает, что мы находимся на пороге беспрецедентной эры развития человека (или фундаментального эволюционного скачка), потребуется больше аргументов. Но найти таковые несложно. Аквината от XX века отделяют шесть столетий. Прогресс все это время был неспешным, продвижение вперед шло шаг за шагом. К концу же XX века конь помчался галопом. Если мы считаем, что взгляды на мир (или устройство сознания) времен Аквината стали несостоятельными, то насколько же быстро отправятся на свалку наши сегодняшние взгляды? Если прогресс – это последовательность кадров, то должен ли каждый р считаться неповторимым и навсегда уходящим? "Серьезные" современные мыслители могут относиться к Фоме Аквинскому так же, как мы относимся к раннему Чаплину. Как скоро определенный образ мышления начинает расцениваться как фарс? Или, может быть, такие клише, как банановые корки и показная сентиментальность Чаплина, еще могут нам что-то сказать?

Информация, Блаженный Августин / Влияния на мыслителей Средневековья.

Влияния на мыслителей Средневековья.



Первым настоящим философом Средневековья был Иоанн Скот Эриугена. Он родился в начале IX века и, возможно, некоторое время работал при дворе французского короля Карла Лысого. Иоанн Скот рассматривал человека как микрокосм Вселенной. Своими чувствами он воспринимает мир, разумом осознает причины и следствия вещей и умом достигает Бога. Что еще более важно, Иоанн Скот верил в эффективность чисто философского спора. Разум (т.е. философия) так же годился для выявления истины, как и богословие (т.е. откровение или вера). И так как истину выявляли оба эти способа, они никогда друг другу серьезно не противоречили. Но когда появляется противоречие, лучше опираться на разум. Скот отстаивал тот взгляд, что истинная религия – истинная философия; но истинная философия также есть истинная религия. Это мнение вызвало ярость церкви и было осуждено аж двумя соборами как "шотландская каша".
Несмотря на такое отношение, философия смогла выжить в средние века. Популярность "Утешения философией" Боэция и "Исповеди" Августина гарантировала, что монашеская традиция будет поддерживать связь с традицией Платона. Основная часть "Исповеди" посвящена духовным превратностям Августина на пути к лику святых, но последние три книги (XI-XIII) в основном содержат философские проблемы. "Как начался мир?", "Что такое время?", "Существуют ли прошлое и будущее?" – вот некоторые проблемы, которые Августин поднимает и на которые пытается ответить. И желающие читать его работы могли обнаружить множество жемчужных зерен истинно философских размышлений среди диатриб против еретиков, объяснений механики полового акта без похоти и так далее.
Августин не мог не оказать глубокого влияния на мыслителей Средневековья. Самым важным среди них, вероятно, был св. Ансельм, основатель схоластики (XI в.) – псевдофилософии, которая доминировала в течение всего Средневековья. Схоластика – это попытка возвести строение истинно философской мысли на фундаменте жесткой религиозной догмы. Первое – подлежит философской аргументации, последнее – нет. Философская аргументация была разнообразной и проводилась с тщательностью педантизма, но если кто-нибудь непреднамеренно начинал подвергать сомнению догму, он мог с легкостью закончить свою жизнь на костре. В скором времени главным приемом философских дебатов стала демонстрация того, что оппонент совершил основную ошибку – впал в противоречие догме. Философия стала опасной силовой игрой для немногих, обладающих блестящим умом и немалыми амбициями. (Психологи считают, что настоящей причиной философского спора является побуждение к доминированию, где цель – болезненное унижение побежденного эго. И это не такое уж искусственное построение, если рассматривать философский спор как аналог шахмат. С другой стороны, к такому выводу приходишь, только если рассматривать спор как нечто, совсем не имеющее отношение к поиску истины...)

Информация, Блаженный Августин / О граде Божием.

О граде Божием.



Этот аргумент придал энергии Августину, и он решил его опровергнуть. Его ответом стал труд "О граде Божием", большой богословский и философский трактат, который, к сожалению, сейчас читают даже меньше, чем "Исповедь". В "О граде Божием" Августин излагает взгляд на историю ранних христиан, позволяя христианам принять падение Рима как часть божественного замысла. Земному граду, чьи обитатели увлечены бренным миром, он противопоставляет Град Божий, сообщество, вдохновленное любовью к Богу с помощью божественной благодати. Град Божий ведет чисто духовное существование и не может походить ни на что на земле, даже на святой Рим. Эти идеи оказали глубокое влияние на церковь Средневековья и позже сыграли свою роль в Реформации.
В труде "О граде Божием" Августин выдвигает множество удачных аргументов. Христиане не должны печалиться при виде торжествующих готов, не подвергшихся наказанию за разграбление Рима (на самом деле Рим разгромили вестготы, но Августин игнорировал такие тонкости, ссылаясь вообще на кровожадных варваров). Августин уверял своих читателей, что за вопиющие злодеяния готы будут наказаны, когда они придут к своему Создателю. В конце концов, если каждый грех будет наказан здесь, на земле, что же тогда будет предметом разбирательства на Страшном Суде?
Из-за обычного пунктика Августина, труд "О граде Божием" включает несколько довольно длинных пассажей о сексе. С точки зрения современного читателя, они поразительно неправдоподобны, смешны или ужасно развратны. Августин даже объясняет, как Адам и Ева могли бы совокупиться до изгнания из рая (хотя он настаивает, что они, конечно, этого не делали). Это мог бы быть акт воли, без сопутствующей похоти. Как считал Августин, орган Адама мог не стимулироваться желанием, что препятствовало бы совокуплению, так что он придумывает аргумент, демонстрирующий, как столь необходимое физиологическое явление могло быть результатом одной силы воли. Любой, кто верит, что философия – дело не шуточное, должен прочесть этот отрывок (см. отрывок в разделе "Из творений св. Августина").

Информация, Аристотель / Аристотель ставил философию Платона с ног на голову.

Аристотель ставил философию Платона с ног на голову.



В то время как подход Платона был, по существу, религиозным, Аристотель больше склонялся к научному. Так, он не считал, что наш мир нереален. Но он также различал первичные и вторичные сущности вещей. По Аристотелю, первичные сущности – это конкретные объекты мира, а вторичные – идеи или образцы. Первоначально он колебался относительно того, какие из этих субстанций считать первичными, сохраняя уважение к Платону (старый учитель первичными считал идеи). Но постепенно Аристотель все более и более убеждался в том, что реален именно окружающий его мир, и он порвал с точкой зрения учителя.
В течение многих лет Аристотель занимался тем, что ставил философию Платона с ног на голову. Несмотря на это, его метафизические теории оставались, по сути, адаптацией теорий Платона. Там, где Академик описывал формы как идеи, обладающие отдельным бытием, Аристотель видел формы (или универсалии, как он их назвал) как нечто большее, чем сущности, воплощенные в субстанции мира, которые не имеют собственного отдельного существования. Аристотелю пришлось предложить несколько уничижающих аргументов против теории идей Платона. В то же время он, по-видимому, не понимал, что те же самые аргументы направлены и против теории универсалий. Похоже, что никто другой этого тоже не заметил. В результате неоплатонизм возобладал в философских доктринах Средневековья – это стало возможным благодаря трансформации аристотелевского учения.