Информация, Давид Юм / Руссо и Юм

Руссо и Юм



Но Руссо, с которым встретился Юм, был не просто бомбой, начиненной взрывоопасными идеями. Как человек он был скорее гением, вдохновлявшим всех романтиков, человеком, чувства которого были напряжены до предела. Он был полной противоположностью Юму – как в философии, так и по темпераменту. И все же они были по одну сторону. Они оба стремились к реформам. Старая Европа абсолютной монархии начала уступать место более либеральному и демократическому обществу. Эволюционный процесс начался с Декарта и был продолжен появлением психологического романа. Европа стала свидетелем рождения самосознания: мыслящий индивидуальности. Руссо занимался тем, что размышлял об этой, индивидуальности, о ее путях самовыражения и реализации. Юм изучал возможности самостоятельного мышления и изучения мира при помощи разума, очищенного от старых предрассудков. Нет такой вещи, как "душа", никто никогда не воспринимал "разум", мы не видим причинности, или Бога. Руссо, с другой стороны, не создал связной философии, но вошел в историю своими идеями, такими как идея "благородного дикаря" и высказываниями: "Человек был рожден свободным, но сейчас он повсюду в цепях".

Руссо подвергался нападкам после публикации романа "Эмиль", выступающего за демократию и отрицающего божественное право королей, и Юм предложил ему свою помощь. К сожалению, когда Руссо приехал в Англию, он уже был доведен до безумия своими преследователями. Он обнял Юма, сказав, что сильно любит его, и почти без перехода стал утверждать, что философ находится в заговоре с его врагами и замышляет зло. Юм делал для него все, что мог, Руссо – все, чтобы испортить его старания. К всеобщему облегчению Руссо вскоре отбыл во Францию, но и там начал распространять про Юма всевозможные сплетни. Философ повстречался с гением, и оба не поняли друг друга. Природа их встречи была во многом символической – борьба между этими двумя позициями продолжается и сегодня.

Информация, Давид Юм / Идеи Руссо

Идеи Руссо



Но это была Франция, и подобные вещи не проходили так просто. Графиня де Буффлер была учительницей принца де Конти, одного из самых влиятельных людей во Франции. Ей было тридцать восемь, Юму – пятьдесят два. Они быстро стали друзьями, но оба боялись дальнейшего сближения. Они переписывались, используя сложные манеры письма того периода, и пытались тонко, иногда другими словами выразить свои подлинные чувства. Юм писал ей: "Вы спасли меня от полного безразличия ко всему в человеческой жизни". Но в итоге получалось, что они оба боятся друг друга и признают бесплодность ситуации. Из всего этого ничего не вышло, и после возвращения Юма в 1765 году в Англию они больше никогда не виделись. Хотя продолжали переписываться, и последнее написанное Юмом письмо было адресовано понимающей его графине.

Именно при ее посредничестве Юм познакомился с Руссо, великим французским политическим теоретиком и философом. Сегодня Руссо обычно характеризуют как безумца и преступника, идеи которого привели к печальным социальным событиям. Этого нельзя отрицать. Руссо обладал неустойчивой психикой; он лично отвел всех своих пятерых детей, одного за другим, в приют. Его идеи действительно взывали к беспринципному поведению. Он верил в то, что истинными достоинствами обладает "благородный дикарь", не порабощенный цивилизацией. Он выступал против общественного договора, гарантировавшего естественные права и свободы и выражавшего "общую волю". Когда человек добровольно стремится к общему благу, это "вынужденная свобода". Такие слова кажутся странными уху гражданина, живущего в XX веке. Идеи Руссо вдохновили славную и ужасную Французскую революцию, и продолжали играть туже роль в XX веке. Они различимы как в фашизме и коммунизме, так и в либеральных ценностях.

Информация, Георг Вильгельм Фридрих Гегель / Философ Прусского государства

Философ Прусского государства



Гегель фактически стал официальным философом Прусского государства. В 1821 году он опубликовал "Философию права", посвященную вопросам политики и гражданских прав. Теперь он выступал за сохранение status quo и был ярым противником любых радикальных перемен в обществе. В своей новой книге он представил развитие общества в виде следующей триады:

Тезис: абстрактные универсальные законыАнтитезис: сознание индивидаСинтез: нравственность общества.

Гегель считал, что это общество должно основываться на уважении к ценностям семьи и профессиональных объединений. Как ни странно, то идеальное государство, о котором он говорил, напоминало скорее не прусскую, а британскую модель государственного устройства. Его основополагающие принципы – парламентское правление, ограниченная власть монарха, суд присяжных и терпимое отношение к инакомыслящим – в первую очередь, к церковным ересям и евреям (насколько я могу судить, антисемитизм был совершенно чужд Гегелю, хотя в то время волна антиеврейских настроений буквально захлестнула прусское общество).

Тем временем Гегель продолжал заниматься своим обычным делом – морочил голову десяткам жадных до знаний студентов. За кафедрой он сидел, низко опустив голову, не отрывая глаз от лежавшей перед ним толстой кипы конспектов, говорил чрезвычайно медленно, неуклюже продираясь сквозь бесконечные нагромождения придаточных предложений, все время искал что-то в своих записях – а нужное место никак не находилось, – и поскольку слова его то и дело прерывались приступами кашля, казалось, что каждое предложение он выдавливает из себя с огромным трудом. Но вот, завидев впереди спасительный свет чистой абстракции, Гегель преображался: речь его, только что казавшаяся такой запутанной и противоречивой, теперь звучала ярко и убедительно, мысль, избавившись от балласта значения, взмывала на недосягаемую высоту и здесь, росла, словно независимо от воли автора, до тех пор, пока у последнего не случался очередной приступ кашля.

Случалось, что после лекции какой-нибудь окончательно сбитый с толку студент отправлялся вслед за Гегелем к нему на квартиру. Здесь ему открывалось довольно занятное зрелище: за огромным столом, заваленным книгами и бумагами, сидел человек с мучнисто-белым лицом, закутанный в серо-желтый халат до пола. Начинался нескладный разговор, который, однако, вскоре прерывался: Гегель задумывался о чем-то своем, начинал перебирать бумаги, что-то бормоча себе под нос, и проходило немало времени, прежде чем он вспоминал о своем собеседнике.

Информация, Георг Вильгельм Фридрих Гегель / Переломный момент в жизни

Переломный момент в жизни



Но нити старых привязанностей рвались болезненно. Когда о свадьбе узнала сестра Гегеля Христина, у нее случился нервный припадок (или, выражаясь сухим языком женоненавистников той эпохи, "ипохондриакальная меланхолия с приступами истерии"). Христина все это время работала гувернанткой, мысль о браке ей претила. Один поклонник сделал ей предложение, но она ответила отказом. С тех пор она начала "проявлять беспокойство", с ней творилось "что-то странное". Гегель предложил ей перебраться к нему, но Христина, мучительно ревновавшая брата, ни за что не согласилась бы жить с его женой под одной крышей и решила поселиться у родственников. Свое пребывание у них она начала с того, что целый день прорыдала на диване. По словам хозяйки дома, она выражала "глубокое недовольство" своим братом и "глубокую ненависть" к его жене. Состояние ее стало настолько серьезным, что пришлось поместить ее в психиатрическую лечебницу, где она пробыла около года.

Гегель сохранял свою привычную невозмутимость, но душевная болезнь сестры не могла не беспокоить его. Его по-прежнему мучили приступы депрессии. В это время он пишет о "погружении в темные области, где ничто не оказывается достоверным, твердым и определенным, где всюду встречаются яркие вспышки света, которые, однако, на краю пропасти благодаря своему яркому сиянию становятся тем более мутными, обманчивыми из-за своего окружения и порождают ложные отношения, кажущиеся истинным светом". Вспоминая то время, когда он начинал создавать свою философию, Гегель говорит: "Такой переломный момент вообще бывает в жизни каждого человека – мрачный период подавленности, через теснины которого он пробивается к уверенности в себе, к укреплению и утверждению самого себя, к уверенности в повседневной жизни; и если человек уже дошел до того, что утратил способность вновь обрести уверенность в привычной повседневной жизни, то он приходит хотя бы к утверждению уверенности в благородном внутреннем существовании". Многие психиатры видели здесь "поиск защиты, безопасности, который переносится и в сферу абстрактного мышления". Вполне возможно, что гегелевская философия, возникшая под влиянием некоего внутреннего прозрения, была выражением глубокого душевного разлада. Такие предположения могли бы показаться нелепыми, если бы не тот факт, что диалектический метод Гегеля, который, по утверждению самого философа, отражает развитие духа, в своей основе шизоиден (хотя в нем же заложена и возможность излечения).

Информация, Фридрих Вильгельм Ницше / Сверхчеловек Ницше

Сверхчеловек Ницше



Сверхчеловек Ницше не имеет ничего общего с тем суперменом, облаченным в плащ, который летает по небу в комиксах. Хотя, наверное, было бы неплохо, если бы герой Ницше обладал некоторыми качествами своего комического тезки. Кларк Кент был, по крайней мере, наивен в той этике, которую он пытался привить сотворенному наспех миру хороших и плохих парней. Сверхчеловек Ницше не стеснен подобного рода моралью. Его единственной моралью является воля к власти. Однако удивляет то, что описанный Ницше сверхчеловек предполагает настолько наивный мир, что он не уступает ни одной комедии.

Прототипом ницшеанского сверхчеловека выступает Заратустра – невероятно горячий парень, в чьем поведении обнаруживаются опасные психические расстройства. Принято считать, что повесть о Заратустре задумывалась как притча. Но притча о чем? Притча о поведении. Притчи которыми Христос поучал в своей нагорной проповеди, на первый взгляд могут показаться почти по-детски простыми, – но если в них вдуматься, то они не покажутся уже ни детскими, ни простыми. Они проникновенны. Сказание о Заратустре также по-детски просто, но даже если хорошенько в него вдуматься, оно таким и останется. Но вопреки этому его учение очень глубоко. Ницше стремился не меньше, чем опровергнуть христианские ценности: каждый должен нести абсолютную ответственность за действия, совершенные им в этом мире. Каждый, будучи абсолютно свободным, должен сам создавать себе ценности. Никаких санкций, ни божественных, ни каких-либо еще, для его поступков быть не должно. Ницше предвидел воплощение этой идеи в ХХ веке. К несчастью, он создал также и руководство к действию в подобных условиях. Те, кто будут следовать этим предписаниям (этим утомительным капризам Заратустры), станут сверхлюдьми.

Увы, сверхчеловек Ницше стал чем-то большим, чем комической фигурой, которой ему и следовало быть. В книге "Так говорил Заратустра" Ницше (посредством своего героя) провозглашает: "Что такое обезьяна в отношении человека? Посмешище или мучительный позор. И тем же самым должен быть человек для сверхчеловека: посмешищем или мучительным позором". В другом месте он заявляет: "Цель человечества должна быть не в его гибели, а в его лучших представителях". В этом смысле он совершенно свободно и необоснованно связывает понятие сверхчеловека с такими понятиями, как "благородство" и "родство". Но он говорил не на аристократическом расистском языке. Он имеет в виду нечто вполне определенное: "Альманах Готов: предел наказания" и по другому поводу говорит следующее: "Когда я говорю о Платоне, Паскале, Спинозе и Гете, я чувствую, что их кровь течет во мне". С точки зрения Ницше, кровь сверхчеловека содержит в себе кровь всех своих предков – и грека, и француза, и португальского еврея, и немца.

Информация, Фридрих Вильгельм Ницше / Величайшим исследователь Ницше

Величайшим исследователь Ницше



После того как в 1897 году ушла из жизни его мать, Ницше был взят под покровительство своей сестрой, Элизабет Ферстер-Ницше. Этот человек был последним, кто Нес за него ответственность. Сестра Ницше Элизабет была замужем за Бернардом Ферстером, безуспешным школьным учителем, ставшим отъявленным антисемитом. Ницше презирал его и просто как человека, и за его идеи. Ферстер, с помощью фермеров средней руки из Саксонии, воздвиг колонию арийской расы в Парагвае, назвав ее Nueva Germania (Новая Германия). Но когда обману пришел конец, он покончил жизнь самоубийством. (Остатки Новой Германии и ныне существуют в Парагвае, где представители "величайшей расы" до сих пор живут, как местные индейцы, фактически ничем не примечательные, за исключением своих светлых волос). Когда Элизабет вернулась в Германию и взяла под опеку своего сумасшедшего брата, она решила вновь сделать из него величайшую личность. Он возила его в Веймар, так как этот город обладал высокой культурной репутацией, ассоциировавшись с Гете и Шиллером, с целью учредить там архив Ницше. Затем она начала подделывать неопубликованные записи своего брата, внедряя в них антисемитские идеи и лестные замечания о самой себе. Эти записи были опубликованы под названием "Воля к власти", которые впоследствии были обработаны величайшим исследователем Ницше Вальтером Кауфманом и составили содержание известнейшей работы Ницше.

В самом начале Ницше определяет условие грядущего времени: "Скептицизм по отношению к морали является решающим. Падение морального мироистолкования, не находящего себе более санкции, после того как им была сделана попытка найти убежище в некоторой потусторонности: в последнем счете – нигилизм". "Все лишено смысла" (невозможность провести до конца толкование мира, на которое была потрачена огромная сила, вызывает сомнение: не ложны ли вообще истолкования мира)". Подобного рода высказывания могут создать впечатление ненужности философии вообще, но Ницше тем не менее бойко продолжает: "Внутренняя логика знания – логика абстракций и упрощений – управляет не знанием, а овладеванием вещами: "цель" и "средства" так же далеки от своей неотъемлемой сути, как и "понятия". Он продолжает, чтобы показать, чем же является наше знание: "Все наши органы познания и наши чувства служат только как средства хранения и увеличения знаний. Истина – в мышлении и ее категориях, в развитии и, следовательно, оценке логики, обеспечивает исключительно применимость в повседневной жизни, и только применимость в опыте, – ничто иное не является истиной". Его психологические заметки всегда основаны на восприятии, но сейчас они от ощущений ведут к психологическим озарениям. "Наслаждение возможно только там, где есть ощущение власти. Счастье лежит в основе торжественного осознания своей силы и победы. Прогресс лежит в основе ее укрепления, способности решительного использования воли. Все остальное – лишь глупое недоразумение".

Ницше проецирует все это на XX век, сущность которого он так блестяще предсказал. Будучи жалким, бледным, маленьким человеком с огромными офицерскими усами, имеющим смутное представление о том, кто и где он, он в конце концов умер 25 августа 1900 года.

Информация, Фридрих Вильгельм Ницше / Психолог своего времени

Психолог своего времени



Несмотря на недостатки, работа "Человеческое, слишком человеческое" выявила в Ницше величайшего психолога своего времени. Учитывая нехватку в его жизни общественного опыта, это надо признать проявлением большого гения. По существу, Ницше ведь был белой вороной. В обыденном смысле он едва знал кого-нибудь. У него не было друзей. На протяжении своей жизни он сумел удержать возле себя несколько истинных поклонников, но его одержимость препятствовала обретению им истинной дружбы. Как же он сумел приобрести столь полное психологическое знание? Многие исследователи считают, что единственным источником знаний в этой области мог быть только один человек – Рихард Вагнер. Это вполне правдоподобно. Из такого источника действительно можно многое почерпнуть.

Но комментаторы упускают факт, не менее важный: Ницше хорошо знал самого себя (хотя и не всё в себе он знал). Психологические озарения Ницше имеют универсальное значение, несмотря на эклектичность источника: мизантроп – философ да композитор, страдающий манией величия. И вот доступ Ницше к главному источнику психологических знаний оказался закрытым. После публикации работы "Человеческое, слишком человеческое" разрыв с Вагнером стал неизбежным. Мир, который Ницше предвосхищал в своей книге, – Прекрасный Новый Мир Будущего. Вагнер тем временем был погружен в создание своей финальной работы под названием "Парсифаль", ознаменовавшей его отход от идей Шопенгауэра и возвращение в лоно христианства. Их пути разошлись навсегда. Считается, что на протяжении всей своей жизни Ницше должным образом знал только одного человека, и этот человек снабдил его достаточным материалом, чтобы Ницше стал величайшим психологом своего времени. Этим человеком был Вагнер.

В 1879 году в силу прогрессировать своей болезни Ницше был вынужден оставить пост в Базеле. На протяжении многих лет его здоровье было весьма хрупким, и к этому времени он стал очень больным человеком. Ему была назначена небольшая пенсия. Плюс ко всему ему посоветовали сменить место жительства и уехать в страну с более мягким климатом.